Статья 26 часть 1 коап рф

Статья 26.1. Обстоятельства, подлежащие выяснению по делу об административном правонарушении

СТ 26.1 КоАП РФ

По делу об административном правонарушении выяснению подлежат:

1) наличие события административного правонарушения;

2) лицо, совершившее противоправные действия (бездействие), за которые настоящим Кодексом или законом субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность;

3) виновность лица в совершении административного правонарушения;

4) обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность;

5) характер и размер ущерба, причиненного административным правонарушением;

6) обстоятельства, исключающие производство по делу об административном правонарушении;

7) иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, а также причины и условия совершения административного правонарушения.

Комментарий к Ст. 26.1 Кодекса об Административных Правонарушениях РФ

1. Комментируемая статья определяет обстоятельства, подлежащие выяснению по делу об административном правонарушении, закрепляет содержание предмета доказывания. Выяснение указанных в анализируемой статье обстоятельств является обязанностью судьи, органа, должностного лица, рассматривающих дело об административном правонарушении.

2. Основным подлежащим доказыванию вопросом является вопрос о наличии события административного правонарушения. Отвечая на него, необходимо прежде всего установить, имело ли место противоправное деяние, предусмотренное Кодексом или принятыми в соответствии с ним законами субъектов РФ об административных правонарушениях. В случае если юридический состав правонарушения предусматривает наступление вредных материальных последствий (материальный состав), надо определить, имеются ли такие последствия, а также существует ли причинно-следственная связь между деянием и наступившими последствиями. Когда объективная сторона юридического состава данного административного правонарушения определяется и иными факторами (временем, местом, способом, характером совершения деяния, его повторностью, неоднократностью, злостностью, систематичностью), необходимо установить, присущи ли они фактически совершенному деянию. При положительных ответах на все эти вопросы можно говорить о наличии события административного правонарушения.

3. В процессе производства по делу об административном правонарушении необходимо установить лицо, совершившее противоправные действия (бездействие), и способность этого лица быть субъектом данного правонарушения. Административная ответственность наступает лишь по достижении 16-летнего возраста на момент совершения проступка. При длящемся правонарушении возраст определяется на момент его окончания. Лицо считается достигшим того или иного возраста в ноль часов суток, следующих за днем его рождения. Обстоятельством, исключающим возможность лица быть субъектом правонарушения, является его невменяемость (в момент совершения противоправного деяния). При рассмотрении дела необходимо также выяснить, является ли лицо специальным субъектом данного правонарушения.

4. Установив событие и лицо, совершившее противоправное деяние, судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, должны выяснить, виновно ли данное лицо. Для этого необходимо на основе оценки всех обстоятельств дела установить, имелись ли в действиях (бездействии) этого лица умысел или неосторожность. Когда юридический состав данного правонарушения в качестве обязательных признаков его субъективной стороны предусматривает определенные цель и (или) мотив совершения правонарушения, они также подлежат выяснению. Если указанные цель и (или) мотив не доказаны, то ответственность за данное правонарушение исключается.

5. Комментируемая статья обязывает судью, орган, должностное лицо, рассматривающих дело, выяснить не только характер правонарушения, личность виновного, но и обстоятельства, смягчающие и отягчающие ответственность. Такие обстоятельства предусмотрены ст. ст. 4.2 и 4.3 КоАП РФ. Судья, орган, должностное лицо, рассматривающие дело, могут признать смягчающими и обстоятельства, не указанные в законодательстве. Выяснению подлежат также характер и размер ущерба, причиненного административным правонарушением.

6. При рассмотрении дела об административном правонарушении судья, орган, должностное лицо должны выяснить, имеются ли обстоятельства, исключающие производство по делу. Такие обстоятельства предусмотрены ст. 24.5 КоАП РФ. К ним, кроме указанных выше, относятся: действия лица в состоянии крайней необходимости; издание акта амнистии, если такой акт устраняет применение административного взыскания; отмена закона, установившего административную ответственность; истечение сроков давности привлечения к административной ответственности; смерть физического лица, в отношении которого ведется производство по делу, и некоторые другие. При наличии хотя бы одного из этих обстоятельств производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое дело подлежит прекращению. Судья, орган, должностное лицо, рассматривающие дело об административном правонарушении, должны выяснить и иные обстоятельства, значимые для правильного его разрешения (например, вопрос о целесообразности освобождения от административной ответственности при малозначительности правонарушения), а также причины и условия совершения этого правонарушения.

Сроки вынесения постановления по ч 1 ст 26 12 КоАП РФ

Как понимать сроки вынесения постановления по ч.1 ст.26.12?

Ад. правонарушение было 25 июня сего года.

Суд назначили на 9 августа.

Отложили на 30 августа.

Вопрос, не позднее какого срока должно быть вынесено постановление судьёй?

Ответы юристов (3)

может, по ст. 12.26 КоАП РФ?

Уточнение клиента

Да именно по ст. 12.26 КоАП ч.1

Как понимать сроки вынесения постановления по ч.1 ст.12.26?

Ад. правонарушение было 25 июня сего года.

Суд назначили на 9 августа.

Отложили на 30 августа.

Вопрос, не позднее какого срока должно быть вынесено постановление судьёй?

27 Августа 2017, 19:29

Есть вопрос к юристу?

По ст. 12.26 срок давности 1 год. Ст. 4.5 КоАП

До 25 июня 2018 г. должно быть вынесено постановление судом, не позднее.

Статья 4.5 КоАП. Давность привлечения к административной ответственности

1. Постановление по делу об административном правонарушении не может быть вынесено по истечении двух месяцев (по делу об административном правонарушении, рассматриваемому судьей, — по истечении трех месяцев) со дня совершения административного правонарушения, за нарушение законодательства Российской Федерации о безопасности дорожного движения (в части административных правонарушений, предусмотренных статьями 12.8, 12.24, 12.26, частью 3 статьи 12.27, частью 2 статьи 12.30 настоящего Кодекса).

по истечении одного года со дня совершения административного правонарушения,

Ищете ответ?
Спросить юриста проще!

Задайте вопрос нашим юристам — это намного быстрее, чем искать решение.

Статья 26 Конституции РФ

1. Каждый вправе определять и указывать свою национальную принадлежность. Никто не может быть принужден к определению и указанию своей национальной принадлежности.

2. Каждый имеет право на пользование родным языком, на свободный выбор языка общения, воспитания, обучения и творчества.

Комментарий к Статье 26 Конституции РФ

1. Нормативное содержание основного права, зафиксированного в ч. 1 комментируемой статьи (первое предложение), может быть выявлено только в связи со значением понятия национальная принадлежность. Субъектом такой принадлежности является каждый, кто находится под юрисдикцией РФ. Нормативное значение комментируемого положения проявляется в системном единстве с содержащимися в абз. 1 преамбулы и ч. 1 ст. 3 Конституции положениями о многонациональном народе РФ как субъекте высшего уровня социально-политической, национально-этнической, социокультурной самоидентификации. Соответственно, каждый из составляющих многонациональный народ РФ индивидуумов имеет свою национальность (принадлежит к национальности) и может — в соответствии с конституционно признанными возможностями — ее определять и указывать.

Фактическая национальная идентичность, т.е. принадлежность человека к определенной нации как исторически сложившейся устойчивой общности людей, возникшей на базе общности языка, территории, экономической жизни и психического склада, проявляющегося в общности культуры, не тождественна значению понятия «национальная принадлежность» в его конституционно-правовом смысле. Сама конструкция соответствующей нормы, закрепляющей право, т.е. субъективные возможности человека, связанные с определением и указанием своей национальной принадлежности, свидетельствует о вариантах такого выбора; это означает, что национальная принадлежность не может быть жестко детерминирована исключительно генетическими и этническими факторами происхождения человека, так как в противном случае ни о каком выборе (конституционном праве) говорить не пришлось бы. В то же время следует учитывать, что такой выбор не может основываться исключительно на субъективных, индивидуально-оценочных представлениях человека; в конституционно-правовом аспекте национальная принадлежность принципиально идентифицируется в том числе по объективным критериям (антропоморфные признаки, язык, психический склад, культурный архетип, образ жизни и т.п.). Но эти признаки могут основываться не на национально-этническом происхождении, а быть приобретенными в силу длительного пребывания человека в соответствующей (новой по сравнению с генетическими корнями) социокультурной среде. В случае же, например, судебного спора по поводу возможности реализации человеком своего права на определение национальной принадлежности данные факторы национальной самоидентификации личности могут и должны иметь такое значение, которое возможно оценить в судебном порядке.

Так, Чкаловским районным судом Екатеринбурга было рассмотрено дело по заявлению Л. об установлении того факта, что она является по рождению немкой. Суд исходил из того, что действующим законодательством порядок определения национальной принадлежности гражданина не установлен. Наличие в свидетельстве о рождении гражданина указания на национальную принадлежность его родителей само по себе не есть определение национальной принадлежности данного гражданина. Действовавший ранее порядок определения гражданином своей национальной принадлежности по национальной принадлежности отца или матери, указанной в свидетельстве о рождении, с внесением соответствующих данных в паспорт, более не действует, и гражданин лишен возможности определить свою национальную принадлежность в установленном законом порядке. Вместе с тем Суд указал, что поскольку Конституция, включая ее нормы ч. 1 ст. 26, имеет высшую юридическую силу и прямое действие, установление национальной принадлежности в судебном порядке посредством установления соответствующего юридического факта представляется допустимым*(260).

Нормативный смысл права публичной национальной самоидентификации может заключаться также в самой по себе правовой возможности как таковой — определять или не определять, указывать или не указывать свою национальную принадлежность для юридически значимых целей внешнего, публичного характера. Право определять и указывать свою национальную принадлежность означает, что каждый может как воспользоваться названной возможностью, так и отказаться от нее. При этом акты «определение» и «указание» нельзя содержательно разделять: их необходимо полагать двумя неразрывными моментами национальной самоидентификации личности, поскольку определенное, но не выраженное вовне решение не сможет порождать правовые последствия совершенного выбора. В советский период российской государственности документирование национальности полагалось принципиально значимым и обязательным. Современные стандарты прав и свобод человека исключают возможность такого публичного вменения, а равно и отождествления понятий «гражданство» и «национальная принадлежность». Согласно Положению о паспорте гражданина РФ, утвержденному постановлением Правительства РФ от 08.07.1997 N 828 (в ред. от 28.03.2008) не только не предусматривается фиксация в паспорте сведений о национальной принадлежности гражданина, но и запрещается вносить в паспорт не предусмотренные прямо сведения, отметки и записи.

Конституционный Суд РФ принял несколько определений, в которых, отказывая в рассмотрении обращений граждан по существу, как не соответствующих критерию их допустимости, фактически констатировал отсутствие на практике ситуаций, позволяющих связать угрозу нарушения конституционных прав и свобод с отсутствием графы «национальность» в паспорте гражданина РФ (см., например, Определение КС РФ от 18.07.2006 N 346-О*(261)). Нет оснований утверждать также, что исключение из паспорта графы о национальности не соответствует иным положениям Конституции.

Комментируемое право является личным, в этом плане его важные нормативные характеристики дополняются вторым предложением ч. 1 ст. 26, которое закрепляет принципиальную недопустимость принуждения к национальному самоопределению, не предполагает с необходимостью официальное фиксирование, документирование соответствующей информации. Свою национальность можно при желании указать, сделав соответствующее заявление (ссылку) в автобиографии, резюме, Интернете, СМИ, любом публичном выступлении или при социологическом опросе. При таком подходе нельзя утверждать и того, что до достижения возраста 16 лет национальность ребенка может быть определена и указана, если в этом есть необходимость, только по воле родителей. Возможность внешнего (несемейного) характера для такой идентификации конституционно исключена, поскольку она ничем не будет отличаться от принуждения. Если же родители самостоятельно принимают решение о необходимости национальной идентификации ребенка, то они должны, во всяком случае, учитывать, что, во-первых, соответствующее конституционное право ребенка законодательно не ограничено, а во-вторых, в соответствии со ст. 57 СК РФ ребенок вправе выражать свое мнение при решении в семье любого вопроса, затрагивающего его интересы, учет же мнения ребенка, достигшего возраста 10 лет, обязателен, за исключением случаев, когда это противоречит его интересам.

С юридической точки зрения определение национальной принадлежности не влечет каких-либо правовых последствий, ибо Конституция (ст. 19) гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от расы и национальности. Императивность принципа недискриминации по данному признаку обеспечивает, в частности, УК, который предусматривает уголовную ответственность за нарушение равенства прав и свобод в зависимости от расы и национальности граждан (ст. 136). Вместе с тем реальность комментируемого конституционного права подтверждается специальными гарантиями его обеспечения, установленными, в частности, ст. 10 Федерального закона от 27.06.2006 N 152-ФЗ «О персональных данных», ст. 51 Закона РФ от 27.12.1991 N 2124-1 «О средствах массовой информации» (в ред. от 25.12.2008 с изм. 09.02.2009), ст. 8 Федерального закона от 25.01.2001 N 8-ФЗ «О Всероссийской переписи населения».

2. В ч. 2 комментируемой статьи в структуре одного предложения закреплены два взаимосвязанных, но различных конституционных права человека и гражданина: 1) право на пользование родным языком; 2) право на свободный выбор языка общения, воспитания, образования и творчества.

2.1. Говоря о праве пользования родным языком, следует учитывать, что в русской этимологии понятие «родной язык» имеет два значения*(262). Первое выражает кровнородственную связь лиц, владеющих одним языком, и предполагает, что родным языком ребенка является язык его родителей, определяемый их национальной принадлежностью. Однако придать этому предположению значение юридического факта нельзя уже потому, что у родителей, например, могут быть различные родные языки, причем не всегда совпадающие с их национальностью. Из этого следует необходимость других критериев определения родного языка, поскольку никто не может быть лишен права пользования таковым. Второе значение понятия «родной язык» связано с местом рождения носителя. Это язык своей родины — родной страны, язык, на котором говорят и думают с детства. Данный критерий выглядит более приемлемым для разрешения юридически значимых вопросов, хотя и его нельзя признать универсальным. Словосочетания «родная страна» и «страна рождения» могут обозначать разные государства.

Таким образом, конституционное право на пользование родным языком следует, подобно праву национальной самоидентификации, признать полномочием, «объект» которого выбирается самим правообладателем на основе внутренней оценки и убежденности. Сущностью этого права каждого человека выступает конституционно гарантированная возможность самоопределения и самовыражения в плане вербальной, духовно-культурной идентичности. Поэтому главным публичным конституционно-правовым следствием этого права выступает недопустимость не предусмотренного законом воспрепятствования лицу пользоваться в любых ситуациях и отношениях тем языком, который он указывает в качестве родного.

Категория «родной язык» используется законодателем и для обозначения одного из национально-культурных прав коренных малочисленных народов РФ. Это отличное по значению от прав и свобод человека право тем не менее подкрепляется специальными гарантиями. Федеральным законом от 30.04.1999 N 82-ФЗ «О гарантиях прав коренных малочисленных народов Российской Федерации» (в ред. от 03.12.2008) гарантируется право лиц, относящихся к малочисленным народам, получать и распространять информацию на родных языках, создавать СМИ.

Пользование родным (как и всяким иным языком) может быть сопряжено с негативными социальными (неконституционными) эффектами. Поэтому оно может быть ограничено в соответствии с общим порядком и условиями ограничения конституционных прав и свобод или связано с нормативно регулирующими требованиями. Например, такое специфическое, противоречащее нормам нравственности пользование родным языком, как нецензурная брань в общественных местах, признается правонарушением, сопряженным с административной ответственностью (ст. 20.1 КоАП РФ). В соответствии с положением ч. 3 ст. 11 Федерального закона от 02.05.2006 N 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации» государственный орган, орган местного самоуправления или должностное лицо при получении письменного обращения, в котором содержатся нецензурные выражения, вправе оставить обращение без ответа по существу поставленных в нем вопросов, поскольку законодатель отнес такое правопользование к разновидностям злоупотребления правом.

Образование в целом является той областью социальной практики, где в силу конституционного закрепления права на образование актуальны публичные требования обеспечения возможности пользования родным языком. К числу связанных с этим содержательных конкретизаций права каждого на пользование родным языком следует отнести, в частности, закрепленное в п. 2 ст. 6 Закона об образовании право граждан РФ на получение на этом языке основного общего образования. Одновременно, согласно п. 4 ст. 6 данного Закона, государство в соответствии с международными договорами РФ оказывает содействие представителям народов РФ, проживающим вне ее территории, в получении ими основного общего образования на родном языке.

Язык, однако, не только идеально оформляет и выражает вовне сознание (личность), но и является универсальным средством социальных коммуникаций, включая правовую. Язык — необходимая предпосылка вступления в правовые отношения и участия в них, заявления правовых требований, защиты своих законных интересов. Только в ситуации достоверного (собственно языкового) взаимопонимания, встречного пользования одним и тем же языком, хотя бы и посредством синхронизации (перевода), можно достигать итоговых целей коммуникации; в противном случае они часто оказываются объективно недостижимыми либо деформированными. В этом аспекте и актуально право каждого свободно выбирать язык общения, воспитания, обучения и творчества.

2.2. Конституционное положение о свободе выбора языка общения подкрепляется признанием в преамбуле Закона о языках народов РФ всех языков народов РФ ее национальным достоянием, находящимся под защитой государства. Помимо подтверждения недопустимости пропаганды вражды и пренебрежения к любому языку, указанный Закон конкретизирует государственные гарантии равноправия языков народов РФ, включая права личности на свободу выбора и использования языка общения, которые распространяются на граждан РФ, а также на иностранных граждан и лиц без гражданства, находящихся на территории РФ.

Общение можно рассматривать в качестве родовой характеристики всех форм коммуникации, включая прямо перечисленные в тексте ч. 2 комментируемой статьи. Такое перечисление обусловлено особым социальным значением воспитания, обучения и творчества и наличием соответствующих им конституционных прав и свобод (ч. 2 ст. 38, ч. 1-3 ст. 43, ч. 1 ст. 44 Конституции). Отдельное значение права на свободный выбор языка общения в содержании комментируемого конституционного права определяется сферами публично-властной, процессуальной, служебной, трудовой, корпоративной, общественной коммуникации.

Конституционное право на свободный выбор языка общения специально регламентировано рядом федеральных законов, регулирующих различные сферы жизни. Как правило, такая регламентация устанавливается в целях соразмерной защиты определенных конституционных, в том числе языковых, иных национально-культурных ценностей. Так, в соответствии с Федеральным законом от 01.06.2005 N 53-ФЗ «О государственном языке Российской Федерации» статус русского языка как государственного языка РФ предусматривает обязательность его использования в законодательно определенных сферах, конкретизированных, в частности, в ст. 3 Закона. В силу этих установлений, по общему правилу (исключения оговорены особо), русский язык подлежит обязательному использованию во взаимоотношениях федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов РФ, иных государственных органов, органов местного самоуправления, организаций всех форм собственности и граждан РФ, иностранных граждан, лиц без гражданства, общественных объединений.

В соответствии с п. 4 ст. 15 Закона о языках народов РФ граждане вправе обращаться в государственные органы, организации, на предприятия и в учреждения РФ с предложениями, заявлениями, жалобами на государственном языке РФ, родном языке или на любом другом языке народов РФ, которым они владеют. Однако, как установлено в п. 5 той же статьи, в случае невозможности дать ответ на такие предложения, заявления и жалобы на языке обращения используется государственный язык РФ. В то же время в соответствии с положением п. 4 ст. 3 данного Закона в местности компактного проживания населения, не имеющего своих национально-государственных и национально-территориальных образований или живущего за их пределами, наряду с русским языком и государственными языками республик, в официальных сферах общения может использоваться язык населения данной местности. Порядок использования языков в таких местностях определяется законодательством РФ и субъектов РФ.

Обязанность официального (публичного) общения на государственном (русском) языке как определенное ограничение права выбора языка общения не подлежит расширительному толкованию как очевидно неправомерному. Так, постановлением Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 20.12.2004 был удовлетворен иск ОАО о признании незаконным решения ИМНС об отказе в возмещении из бюджета НДС по экспортным операциям, поскольку НК не установлена обязанность налогоплательщика представлять в налоговый орган для подтверждения правомерности применения налоговых вычетов перевод на русский язык международных транспортных, товаросопроводительных документов (коносамента) и таковые не относятся к документам официального делопроизводства в России (в смысле установлений ст. 16 данного Закона; кроме того, в п. 2 ст. 22 этого Закона прямо указывается, что делопроизводство в сфере обслуживания и коммерческой деятельности ведется на государственном языке РФ и иных языках, предусмотренных договорами между деловыми партнерами).

В соответствии с положением ч. 2 ст. 5 Закона о языках народов РФ в ряде федеральных законов предусматривается в качестве гарантии лицам, не владеющим русским языком, при реализации и защите ими своих прав и законных интересов на территории РФ обеспечение их права на пользование услугами переводчиков (см., например, ч. 2 ст. 9 ГПК РФ, п. 2 ст. 97 НК, п. 5 ст. 373 Таможенного кодекса и др.).

Особые гарантии комментируемого конституционного права установлены для судебной сферы. При осуществлении судами правосудия, согласно п. 3 ст. 10 Закона о судебной системе РФ, участвующим в деле лицам, не владеющим языком судопроизводства, обеспечивается право выступать и давать объяснения на родном языке либо на любом свободно избранном языке общения, а также пользоваться услугами переводчика. В процессуальных кодексах это положение конкретизируется по кругу лиц и содержанию их правомочий (ст. 18 УПК РФ, ст. 9 ГПК, ст. 12 АПК, ст. 24.2 КоАП РФ). Аналогичные положения предусмотрены и в ст. 33 Закона о Конституционном Суде РФ.

В целях обеспечения прав и законных интересов инвалидов в соответствии с положениями ч. 2 ст. 14 Федерального закона от 24.11.1995 N 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» (в ред. от 14.07.2008) средством межличностного общения в Российской Федерации признается и язык жестов. В целях реализации данного Закона постановлением Правительства РФ от 07.12.1996 N 1449 «О мерах по обеспечению беспрепятственного доступа инвалидов к информации и объектам социальной инфраструктуры» компетентным федеральным органам исполнительной власти предписано: предусматривать при формировании бюджетных заявок средства для организации скрытого субтитрирования общественно значимых, информационных и других телепрограмм, в том числе освещающих проблемы социальной интеграции инвалидов в общество; принять меры по дальнейшему развитию сурдоперевода разножанровых общественно значимых и информационных телепрограмм для инвалидов с нарушением слуха, выпуску кино- и видеопродукции с субтитрами, подготовке теле- и радиопрограмм публицистической, образовательной, научно-познавательной и культурно-просветительной направленности, адресованных инвалидам, и программ по заявкам инвалидов.

2.3. В ряду нормативных конкретизаций комментируемого права находится конституционное правомочие на свободный выбор языка обучения. Правовые режимы языков обучения конкретизируются законодателем. Так, в соответствии с п. 2 ст. 6 Закона об образовании граждане РФ имеют право на выбор языка обучения в пределах возможностей, предоставляемых системой образования. В отношении детей право выбора образовательного учреждения с тем или иным языком воспитания и обучения принадлежит родителям или лицам, их заменяющим в соответствии с законодательством РФ (п. 3 ст. 9).

По Конституции (п. «е» ст. 71) установление основ федеральной политики в области культурного и национального развития РФ, составной частью которой является государственная языковая политика, находится в федеральном ведении. Общие вопросы языковой политики в области образования регулируются Законом о языках народов РФ. Конституционную ценность всех языков народов РФ подтверждает конституционный запрет пропаганды языкового превосходства (ч. 2 ст. 29 Конституции). Наряду с этим в последнее время актуализирована проблема статуса национальных языков. При этом критика российского законодательства, как якобы не обеспечивающего международные стандарты недискриминации в этой сфере, часто строится на неверно воспринимаемой модели федеративной целостности РФ. Во многом с этим была связана постановка вопроса в порядке конституционной жалобы о праве республик в составе РФ самостоятельно определять графическую основу своих языков, получившего разрешение в Постановлении КС РФ от 16.11.2004 N 16-П, касающемся ряда законов Республики Татарстан*(263).

Как подчеркнул Конституционный Суд, право республик в составе РФ устанавливать свои государственные языки и использовать их в отношениях и связях публично-властного характера наряду с общегосударственным (русским) языком признано Конституцией (ч. 2 ст. 68) с учетом исторически и национально обусловленных особенностей конституционно-правового статуса этих субъектов. Право же каждого из народов РФ на сохранение родного языка, создание условий для его изучения и развития также гарантируется (ч. 3 ст. 68 Конституции), но к государственным языкам республик должны предъявляться особые требования по сравнению с иными языками, не имеющими статуса государственных.

Легальное установление графической основы алфавита государственного языка должно быть обусловлено суверенной государственной волей и соответствующими общенародными интересами. Изменение графической основы государственного языка настолько затрагивает возможность пользования им, что для большого круга лиц (граждан и неграждан) это будет означать ограничение основных прав и свобод как в собственно языковой сфере, так и по целому ряду направлений публично значимого и публично зависимого самоопределения. Не все, но многие будут лишены возможности полноценного политического участия и диалога с публичной властью (с учетом реалий делопроизводства), как и пользования социокультурными благами. Поэтому только федеральный законодатель вправе установить такие ограничения в силу общих конституционных усмотрений. Подобному решению должен предшествовать вывод о заинтересованности в его последствиях всего российского народа, и соответственно каждого индивида, обладающего конституционным правосознанием. Настаивать же на исключительной компетенции республик устанавливать свои государственные языки можно, только игнорируя исторически сложившееся и конституционно закрепленное единство правового поля РФ, равенство прав и свобод человека и гражданина.

Весь опыт исторического развития Российской Федерации убедительно подтверждает, что, как установлено в Федеральном законе «О государственном языке Российской Федерации», именно русский язык объективно является языком, способствующим взаимопониманию, укреплению межнациональных связей народов РФ в едином многонациональном государстве. Защита и поддержка этого языка способствуют приумножению и взаимообогащению духовной культуры народов РФ. В целях обеспечения функционирования русского языка в качестве государственного языка РФ, употребления его в органах государственной власти, органах местного самоуправления, государственных учреждениях на всей ее территории Закон о языках народов РФ предусматривает его изучение в общеобразовательных учреждениях и образовательных учреждениях профессионального образования, имеющих государственную аккредитацию образовательных учреждениях, за исключением дошкольных образовательных учреждений, которое регулируется государственными образовательными стандартами (п. 2 ст. 10). Как указал Конституционный Суд, в силу этих, соответствующих Конституции установлений, законы и иные нормативные правовые акты субъектов РФ в области образования не могут ограничивать права граждан, связанные с обучением и преподаванием русского языка.

Вскоре после принятия указанного Постановления КС РФ Верховный Суд Республики Татарстан решением от 28.12.2004 удовлетворил заявление Прокурора Республики Татарстан о признании противоречащим федеральному законодательству и недействующим Закона Республики Татарстан от 15.09.1999 «О восстановлении татарского алфавита на основе латинской графики»*(264).

В качестве примера неконституционного ограничения права на свободный выбор языка обучения можно указать на Закон Республики Адыгея от 06.01.2000 «Об образовании», в ч. 5 ст. 6 которого устанавливалось, что в образовательных учреждениях республики (общеобразовательных школах с первого класса, учреждениях начального, среднего и высшего профессионального образования), обучение в которых ведется на русском языке, для обучающихся адыгейцев вводится адыгейский язык в качестве обязательного учебного предмета. Верховный Суд Республики Адыгея решением от 19.12.2006 признал данное положение противоречащим федеральному законодательству, устанавливающим не вытекающую из федерального законодательства и в нарушение республиканского законодательства об образовании обязанность изучения адыгейского языка обучающимися адыгейцами, т.е. допустил ущемление и ограничение прав граждан по их языковой и национальной принадлежности*(265).

2.4. Конституционное право на свободный выбор языка воспитания тесно связано с публичной и частной (семейной) образовательной практикой. Показательно, что в приведенном выше решении ставился вопрос об одновременном нарушении (неконституционном ограничении) прав на образование и воспитание. Аналогичным образом эти права представлены и в Законе о языках народов РФ, где в п. 3 ст. 9 отдельно конкретизируется также принадлежащее родителям или лицам, их заменяющим в соответствии с законодательством РФ, право выбора образовательного учреждения с тем или иным языком воспитания и обучения детей. О неразрывности языков обучения и воспитания в образовательном учреждении говорится и в Законе об образовании (п. 3 ст. 6). Самостоятельная нормативная конкретизация этого конституционного права наиболее значима для практики семейных отношений, в рамках которых оно представлено правом родителей воспитывать, с одной стороны, и правом детей быть воспитываемыми на свободно выбранном языке — с другой.

В соответствии с положениями п. 1 ст. 63 СК РФ родители имеют преимущественное право на воспитание своих детей перед всеми другими лицами, несут ответственность за воспитание и развитие своих детей, в том числе в психическом, духовном и нравственном аспектах. При этом родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами детей, обеспечение которых должно быть предметом основной заботы родителей. Все вопросы, касающиеся воспитания и образования детей, решаются родителями по их взаимному согласию, исходя из интересов детей и с учетом мнения детей (ст. 65 СК).

Вопрос о языке общения (воспитания, образования) родителя с ребенком может быть актуализирован в ситуации раздельного проживания родителей, в особенности если у них разные родные языки. При отсутствии совместного места жительства родителей и детей права и обязанности родителей и детей определяются законодательством государства, гражданином которого является ребенок. Статья 66 СК закрепляет права родителя, проживающего отдельно от ребенка, на общение с ребенком, участие в его воспитании и решение вопросов получения ребенком образования. При этом с учетом исключительной роли языка в деле формирования человеческой личности родитель, с которым проживает ребенок, не должен препятствовать общению ребенка с другим родителем на языке, выбранном этим родителем, если такое общение не причиняет вред физическому и психическому здоровью ребенка, его нравственному развитию.

2.5. Конституционное право на свободный выбор языка творчества конкретизируется, в частности, в гражданском законодательстве об авторских правах. В п. 1 ст. 1259 ГК устанавливается, что объектами авторских прав являются произведения науки, литературы и искусства, независимо от способа их выражения; к числу таких способов (средств) выражения (объективирования) относится прежде всего выбранный автором язык. В п. 3 той же статьи письменная и устная формы (в виде публичного произнесения, публичного исполнения и иной подобной формы) первыми называются в ряду возможных форм объективирования обнародованных и необнародованных произведений, на которые распространяются авторские права. В соответствии со ст. 1261 ГК авторские права на все виды программ для ЭВМ (в том числе на операционные системы и программные комплексы), которые могут быть выражены на любом языке и в любой форме, включая исходный текст и объектный код, охраняются так же, как авторские права на произведения литературы.

Особые регулирующие требования пользования этим правом предусмотрены для оформления патентов на изобретения. Согласно п. 2 ст. 1374 ГК РФ заявление о выдаче патента на изобретение, полезную модель или промышленный образец представляется на русском языке. Прочие документы заявки представляются на русском или другом языке. Если документы заявки представлены на другом языке, к заявке прилагается их перевод на русский язык. Аналогичный режим правопользования установлен и для оформления патентов на селекционные достижения (ст. 1433).

В качестве специальной (режимной) гарантии обеспечения пользования правом на свободный выбор языка творчества в п. 3 ст. 1382 ГК устанавливается возможность публичного требования от лица, заявляющего о намерении воспользоваться правом конвенциального приоритета в отношении заявки на изобретение, представления перевода на русский язык первой заявки на изобретение только в том случае, когда проверка действительности притязания на приоритет изобретения связана с установлением патентоспособности заявленного изобретения.

Механизм установления приоритета селекционного достижения включает обязанность заявителя представить копию первой заявки, заверенную компетентным органом соответствующего иностранного государства, и ее перевод на русский язык (п. 3 ст. 1434 ГК РФ). В ст. 1396 ГК возможность удовлетворения просьбы о досрочном рассмотрении уполномоченным органом международной заявки на изобретение или полезную модель связывается с условием подачи такой заявки на русском языке или представления заявителем перевода на русский язык международной заявки, поданной на другом языке.

Статья 26.2 КоАП РФ. Доказательства

Новая редакция Ст. 26.2 КоАП РФ

1. Доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

2. Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными настоящим Кодексом, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами.

3. Не допускается использование доказательств по делу об административном правонарушении, в том числе результатов проверки, проведенной в ходе осуществления государственного контроля (надзора) и муниципального контроля, если указанные доказательства получены с нарушением закона.

Комментарий к Статье 26.2 КоАП РФ

1. Комментируемая часть определяет понятие доказательств по делу об административном правонарушении. Таковыми являются любые фактические данные, которые могут способствовать выяснению обстоятельств, указанных в ст. 26.1 КоАП.

2. В комментируемой части приведен перечень таких доказательств. Более подробно о каждом виде доказательств см. комментарии к ст. 26.3 — 26.8 КоАП.

3. В комментируемой части устанавливается запрет на использование доказательств, полученных с нарушением закона. Нарушения могут быть различными: получение доказательств с помощью пыток, унижающего человеческое достоинство обращения, нарушение порядка проведения административного расследования и др. Следует также иметь в виду, что Пленум Верховного Суда Российской Федерации в своем Постановлении от 24 марта 2005 г. N 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» указал, что нарушением, влекущим невозможность использования доказательств, может быть признано, в частности, получение объяснений потерпевшего, свидетеля, лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, которым не были предварительно разъяснены их права и обязанности, предусмотренные ч. 1 ст. 25.1, ч. 2 ст. 25.2, ч. 3 ст. 25.6 Кодекса, ст. 51 Конституции РФ, а свидетели, специалисты, эксперты не были предупреждены об административной ответственности соответственно за дачу заведомо ложных показаний, пояснений, заключений по ст. 17.9 Кодекса, а также существенное нарушение порядка назначения и проведения экспертизы.

Другой комментарий к Ст. 26.2 Кодекса Российской Федерации об Административных Правонарушениях

1. Доказательства являются необходимыми средствами решения задач производства по делам об административных правонарушениях. Сведения об обстоятельствах, входящих в предмет доказывания, образуют содержание доказательств. Из смысла и содержания данной статьи вытекают следующие черты, присущие доказательствам по делу об административном правонарушении:

доказательство должно содержать фактические данные, а не оценочное суждение или мнение о действиях людей, о событиях и т.д.;

данные должны относиться к данному конкретному делу, т.е. подтверждать или опровергать определенное обстоятельство, подлежащего доказыванию;

способы получения и формы закрепления доказательства должны соответствовать виду доказательства и источнику фактических данных;

не допускается использование доказательств, полученных с нарушением закона.

2. В ч.2 рассматриваемой статьи указаны следующие доказательства: протокол об административном правонарушении; объяснения лица, привлекаемого к административной ответственности; показания потерпевшего, свидетелей; заключение эксперта иные документы, показания специальных технических средств; вещественные доказательства, протокол об административных правонарушениях. Их можно сгруппировать следующим образом.

По источнику доказательства:

а) личные (объяснения правонарушителя, показания свидетеля);

б) предметные (вещественные доказательства, письменные документы).

Между этими доказательствами имеется весьма существенное различие. Оно состоит в том, что информация, содержащаяся в личных доказательствах, предварительно воспринята сознанием человека и переработана им. Поэтому личные доказательства всегда имеют субъективный характер. Предметные доказательства объективны и не зависят от индивидуальных особенностей.

В зависимости от способа формирования доказательства:

а) первоначальные доказательства, полученные из первоисточника (например, показания свидетеля, который был очевидцем дорожно-транспортного нарушения);

б) производные доказательства, которые получены на основе первоначальных сведений через какие-либо промежуточные звенья («из вторых рук»), а также, например, копии документов.

По характеру связи между доказательствами и фактом, подлежащим установлению:

а) прямые — те, которые однозначно подтверждают или опровергают существование любого из обстоятельств, подлежащих доказыванию (зафиксированное надлежащим техническим средством грубое превышение скорости водителем). Прямое доказательство никаких альтернатив не допускает, его значение однозначно в толковании и все вопросы сводятся только к оценке его достоверности. Достоверным является доказательство, истинность которого не вызывает сомнений;

б) косвенные — устанавливающие промежуточные факты. С помощью этих фактов может быть выяснено обстоятельство, имеющее непосредственное отношение к предмету доказывания. Наиболее значимыми являются доказательства, которые устанавливают факт возможности какого-либо события, являения или какой-то особенности конкретного лица (нарушенная координация движения при употреблении алкогольных напитков).

3. Каждое доказательство должно обладать свойствами допустимости и относимости.

4. Допустимость доказательства — это пригодность для использования при установлении обстоятельств, имеющих значение для дела, соответствие требованиям закона относительно источников, порядка обнаружения, закрепления и исследования доказательств.

Основополагающим элементом допустимости выступает законность источника (перечень источников фактических данных сформулирован в ст.28.1 КоАП РФ). Не могут служить доказательствами фактические данные, полученные из анонимных источников. В качестве свидетеля не может выступать должностное лицо, которому стали известны какие-либо сведения при выполнении должностных полномочий (например, должностное лицо, которое обнаружило административное правонарушение. В данном случае доказательством будет служить протокол этого должностного лица);

Законным должен быть и способ получения доказательства. Доказательства могут быть получены лишь предусмотренным законом способом, чаще всего путем контрольно-надзорной проверки (например, осмотр помещения, изъятие вещей). При этом должны быть соблюдены все процессуальные требования; полученное доказательство должно быть правильно оформлено. Так, изъятие вещей, являвшихся орудием совершения или предметами административного правонарушения, и документов, имеющих значение доказательств по делу об административном правонарушении и обнаруженных при осуществлении осмотра принадлежащих юридическому лицу территории, помещений и находящихся у него товаров, транспортных средств и иного имущества, а также соответствующих документов, осуществляется должностными лицами в присутствии двух понятых. Соблюдением процессуальной формы гарантируется как достоверность, полученных данных, так и защита прав и интересов граждан.

Достоверность может быть восполнена в процессе дополнительного административного расследования. Доказательства, получение которых связано с ущемлением прав и интересов граждан, юридических лиц, индивидуальных предпринимателей, считаются ничтожными.

Получение доказательства должно осуществляться только правомочным должностным лицом. Например, должностное лицо, подлежащее отводу не вправе проводить никаких процессуальных действий по делу (ст.29.3 КоАП РФ).

5. Относимость доказательства указывает на связь его содержания с обстоятельствами, подлежащими доказыванию по делу, на основании которой оно может быть использовано для установления этих обстоятельств.

Доказательство будет относимым, если в нем содержатся сведения о любых фактах, имеющих какое-либо значение для дела. Определение относимости доказательств происходит в процессе доказывания. Оно начинается с собирания доказательств, когда решается вопрос о том, какие процессуальные действия необходимо провести и каких результатов можно от них ожидать с точки зрения выяснения обстоятельств дела. Относимость доказательства определяется по определению обстоятельства, которое входит в предмет доказывания по делу, а также способно ли доказательство по своему содержанию служить установлению этого обстоятельства.