Ничтожный договор залога

Договор о залоге — спорные моменты

Действующее гражданское законодательство предусматривает несколько способов обеспечения исполнения обязательства. Так, согласно ст. 329 Гражданского кодекса РФ исполнение обязательства может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Особое место среди перечисленных способов обеспечения обязательств занимает залог имущества, который берет свое начало еще в римском праве.

Согласно ст. 334 Гражданского кодекса РФ в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество (залогодателя), за изъятиями, установленными законом.

В настоящей статье будет проанализирован ряд проблемных вопросов, нашедших свое отражение и в судебной практике.

Первая проблема касается статуса залогодателя и того, кто может выступать в его роли.

К сожалению, большинство предпринимателей весьма поверхностно подходят к решению этого вопроса.

В то же время, в соответствии со ст. 335 Гражданского кодекса РФ Залогодателем может быть как сам должник, так и третье лицо, при этом, однако, упускается из вида пункт 2 этой же статьи. Между тем, в п. 2 ст. 335 ГК РФ установлено, что залогодателем вещи может быть только ее собственник либо лицо, имеющее на нее право хозяйственного ведения.

Указанная формулировка имеет важнейшее значение для решения вопроса о действительности заключенного между сторонами договора о залоге. Действительно, если залогодатель не является на момент заключения договора о залоге собственником закладываемого имущества, то договор является недействительным (ничтожным).

На указанное неоднократно обращалось внимание Высшим арбитражным судом РФ. Так, в Постановлении Президиума ВАС РФ от 30 мая 2000 г. N 5210/99 отмечается: «Исходя из смысла ст. 335 ГК РФ необходимым требованием к залогодателю является наличие права собственности на закладываемое имущество или права хозяйственного ведения им».

В Постановлении Президиума ВАС РФ от 13 августа 1996 г. N 3238/96 также отмечается, что необходимым условием действительности договора залога является наличие предмета залога у залогодателя на праве собственности (хозяйственного ведения) на день заключения договора о залоге.

С другой стороны, при анализе данной проблемы необходимо учитывать, что Гражданский кодекс РФ допускает и залог того имущества, которое только еще будет приобретено залогодателем в будущем. Так, согласно п. 6 ст. 340 Гражданского кодекса РФ договором о залоге, а в отношении залога, возникающего на основании закона, законом может быть предусмотрен залог вещей и имущественных прав, которые залогодатель приобретет в будущем. В научной литературе также обращается внимание на не бесспорность вышеуказанных выводов Президиума ВАС РФ (см., напр., Комментарий к Части первой ГК РФ под ред. Садикова О.Н., 2-е изд., 1997г., стр. 591). Более того, в Информационном письме Президиума ВАС РФ от 15 января 1998 г. N 26 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением арбитражными судами норм ГК РФ о залоге» также допускается залог «будущего» имущества, при этом обращается внимание на два момента: .

а) в подобной ситуации право залога возникает у залогодержателя с момента приобретения залогодателем соответствующего имущества;

б) в договоре о залоге должны быть определены условия, регламентирующие порядок и способ отграничения имущества, являвшегося предметом залога, в случае его поступления в адрес залогодателя.

Таким образом, получается определенная неясность между двумя статьями Гражданского кодекса РФ (ст. 340 и 335 ГК РФ), что породило весьма обширную и противоречивую судебную практику по данному вопросу. Поэтому, в целях избежания возможных судебных споров и с учетом практики Президиума ВАС РФ по конкретным делам, сторонам можно порекомендовать следующее.

При заключении договора залога следует истребовать от залогодателя доказательства того, что закладываемое им имущество принадлежит ему на праве собственности. Если же, например, залогодатель указывает, что предметом залога являются автомобили, которые он только еще приобретет в будущем (пусть даже по уже заключенному договору поставки с третьим лицом), от такого залога следует по возможности отказаться. В противном случае возникает весьма большая вероятность, что договор о залоге будет признан ничтожным (ст. 168 ГК РФ).

Вместе с тем, следует учитывать, что в отношении недвижимого имущества специальным законодательством установлены некоторые «послабления». Так, Федеральный закон от 16 июля 1998 г. N 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» (ст. 5 и 76) допустил возможность залога незавершенного строительством недвижимого имущества, возводимого на земельном участке, отведенном для строительства в установленном законодательством РФ порядке, а также материалов и оборудования, которое заготовлено для строительства.

Несомненно, указанная норма будет способствовать развитию ипотечного кредитования.

Вторая проблема также непосредственно касается статуса залогодателя.

Речь идет о возможности залога имущества лицом, не являющимся должником по основному обязательству (т.е. третьим лицом).

Казалось бы, ответ на этот вопрос может быть только утвердительным.

Так, ст. 335 Гражданского кодекса РФ прямо установила, что залогодателем имущества может быть как сам должник, так и третье лицо, т.е. лицо не являющееся должником по основному обязательству. Не содержит никакого запрета на участие в залоге третьих лиц и Закон РФ «О залоге».

Между тем, практика Высшего арбитражного суда РФ приводит к весьма неожиданным выводам. Так, например, предметом анализа в одном из Постановлений ВАС РФ стал вопрос о действительности договора залога ввиду того, что залогодателем выступило третье лицо, а не сам должник (следует обратить внимание на то, что анализируемый договор был заключен еще в 1994г., т.е. еще до вступления в силу нового ГК РФ, однако, с учетом того, что формулировки Закона РФ «О залоге» от 1992г. и положения ГК РФ о залоге в части, касающихся определения статуса залогодателя идентичны, оно, несомненно, сохраняет свою актуальность и до сих пор. Указанное подтверждается, в частности, рядом судебных процессов, проведенных автором данной статьи в арбитражном суде г. Москвы, где указанное Постановление ВАС РФ весьма активно использовалось сторонами).

В данном Постановлении (Постановление Президиума ВАС РФ от 10 марта 1998 г. N 7422/97) в качестве возможных оснований для признания договора залога недействительным Президиум ВАС РФ отметил два основных момента:

«При этом необходимо дать правовую оценку договору о залоге от 01.02.94 на предмет соответствия его Закону РФ «О залоге» и сделать вывод относительно законности или незаконности этой сделки, имея в виду, что сделка заключена директором закрытого акционерного общества без согласия акционеров или правления общества и фактически направлена на обеспечение обязательств третьего лица, не имеющего какого-либо отношения к обществу. В конечном итоге, такая сделка может привести к безвозмездному отчуждению имущества общества без согласия акционеров».

Не менее интересен и второй момент (вывод):

«Кроме того, следует проанализировать локальные документы ЗАО «Завод керамзитового гравия», оценить устав общества с точки зрения соответствия его законодательству об акционерных обществах и сделать вывод об объеме полномочий директора данного общества, который не является собственником его имущества, а поэтому не может произвольно распоряжаться этим имуществом».

Действительно, весьма неожиданные выводы.

Между тем, как представляется, приведенное мнение Президиума ВАС РФ, весьма неоднозначно.

Дело в том, что ни в Законе РФ «О залоге», ни в ст. 335 ГК РФ и иных нормативных актах, регулирующих залоговые отношения, не говорится о необходимости наличия каких-либо связей (например, хозяйственных, взаимное участие в капиталах и т.д.) между организациями для того, чтобы третье лицо могло стать залогодателем имущества.

Кроме того, ВАС РФ фактически сужает полномочия Генерального директора, обязывая его согласовывать подобные сделки с акционерами. Между тем, компетенция общего собрания четко определена в Законе и подобного права контроля у акционеров нет, никто не вправе вмешиваться в текущую деятельность директора, которую он вправе осуществлять в силу прямого указания Закона (ст. 69 ФЗ «Об акционерных обществах»). Если заключаемая сделка не является крупной или сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, то Генеральный директор вправе ее заключить без чьей-либо указки или согласия.

Конечно, не следует делать никаких скоропалительных выводов, поскольку, во-первых, указанное Постановление ВАС РФ анализирует договор, который был заключен еще до вступления в силу нового Гражданского кодекса РФ и, кроме того, имеется немало случаев, когда Президиум ВАС РФ по другим (во многом аналогичным делам) своим решением обращал взыскание на предмет залога, которое был предоставлен третьим лицом .

Однако вместе с тем приведенный «казус» может быть использован недобросовестным залогодателем или должником в целях избежания обращения взыскания на заложенное имущество. А учитывая противоречивую практику наших судов, никто не сможет поручиться за то, что этот довод будет сразу же отвергнут.

В Заключение хочется остановиться еще на одной очень актуальной проблеме для участников залоговых отношений.

В настоящей работе уже упоминалась ст. 340 ГК РФ применительно к анализу возможности передать в залог будущее имущество. Не меньше вопросов вызывает формулировка п. 3 ст. 340 Гражданского кодекса РФ.

Согласно п. 3 ст. 340 ГК РФ ипотека здания или сооружения допускается только с одновременной ипотекой по тому же договору земельного участка, на котором находится это здание или сооружение, либо части этого участка, функционально обеспечивающей закладываемый объект, либо принадлежащего залогодателю права аренды этого участка или его соответствующей части.

Таким образом, не допускается залог зданий без одновременного залога земельного участка, на котором они находятся.

Правило совершенно разумное, поскольку исключает возможность залога здания (сооружения), находящегося как бы «в воздухе».

Проблема в другом . в формулировке понятия «здание», породившую массу споров.

Действительно, как трактовать положения ст. 340 ГК РФ, говорящей о залоге здания (сооружения) . как о целом здании или же и о его части. Это имеет важнейшее практическое значение: ведь одно дело, когда закладывается все здание, тогда требование об одновременной ипотеке и земельного участка, на котором это здание находится, еще понятно. А если закладывается часть здания . например, его первый этаж, (на практике этот случай как раз более распространен) следует ли и в данном случае оформлять ипотеку земли?

Особенно актуален этот вопрос для г. Москвы, где, как известно, земля по общему правилу находится у собственников зданий только на праве аренды, а не собственности. Соответственно при ипотеке, например, части здания возникает, кроме всего прочего, также и необходимость получать согласие Москомзема на передачу в залог права аренды земли (ст. 615 ГК РФ).

Буквальное прочтение ст. 340 ГК РФ позволяет сделать вывод о том, что только в случае ипотеки здания или сооружения именно в целом (то есть всего здания или сооружения) подлежит также залогу и право аренды земельного участка, на котором они расположены. Более того, если исходить из обязательности залога части земельного участка, пропорциональной закладываемой части здания, то на практике дело может дойти действительно до абсурда, когда для залога, например, какой-нибудь комнаты или помещения в многоэтажном здании будет также требоваться и залог права аренды той доли земли, которая соответствует доле помещения в здании.

С другой стороны, данный подход дает возможность весьма просто обойти (исключить) норму Гражданского кодекса об обязательности залога земли: — путем дробления предмета ипотеки и исключения из здания, например, его малозначительных помещений. Соответственно с правовой точки зрения закладываться будет уже не все здание, а лишь его часть (фактически же оно закладывается целиком), что позволит не передавать в залог право аренды земли. На практике подобные «хитрости» уже весьма активно используются.

Как представляется, в создавшейся ситуации для окончательного разрешения проблемы следует обратиться к судебной практике.

Анализ же подобной практики, в том числе практики Федерального арбитражного суда Московского округа и Высшего арбитражного суда РФ, приводит к выводу о необходимости ипотеки земельного участка (или его части) и в том случае, если в залог передается только часть здания (например, его первый этаж).

Так, например, в Постановлении Президиума ВАС РФ от 08.12.98 N 5046/98 был рассмотрен спор о признании недействительным договора о залоге нежилого помещения, расположенного на 1-м этаже здания.

Отказывая в удовлетворении иска о признании договора залога недействительным, первая и апелляционная инстанции исходили из того, что сделка по залогу нежилого помещения, являющегося частью здания, не требует одновременной ипотеки земельного участка. Договор о залоге нежилого помещения зарегистрирован Москомимуществом и учтен в бюро технической инвентаризации поэтому оснований для признания этого договора ничтожным не имеется.

Между тем, Президиум ВАС РФ признал эти доводы судов несостоятельным и отметил, что признавая договор о залоге спорного помещения недействительным по иску лица заинтересованного и являющегося в этой связи надлежащим истцом, суд кассационной инстанции обоснованно применил пункт 3 статьи 340 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому ипотека здания или сооружения допускается только с одновременной ипотекой по тому же договору земельного участка, на котором находится это здание или сооружение, либо части этого участка, функционально обеспечивающей закладываемый объект, либо принадлежащего залогодателю права аренды этого участка или его соответствующей части.

Таким образом, при применении положений ст. 340 ГК РФ на практике следует исходить из расширительного толкования указанных норм и оформлять ипотеку земельного участка и в том случае, если по договору о залоге здания в залог передается только его часть.

В то же время следует иметь ввиду, что отсутствуют основания для признания договора залога помещений (здания) недействительным, если залогодатель не передал в залог земельный участок в силу того, что он не являлся на момент заключения договора о залоге собственником или арендатором этого земельного участка. В этом случае при обращении взыскания на такое здание или помещение лицо, которое приобретает это имущество в собственность, приобретает право пользования земельным участком на тех же условиях и в том же объеме, что и прежний собственник (залогодатель) недвижимого имущества (ст. 69 ФЗ «Об ипотеке», п. 45 Постановления Пленума Верховного суда РФ и Пленума ВАС РФ от 1 июля 1996 г. N 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса РФ»).

Максим Смирнов, юрист пресс-службы компании «Гарант»

Максим Смирнов, юрист пресс-службы компании «Гарант»

Ничтожный договор залога

  • Автострахование
  • Жилищные споры
  • Земельные споры
  • Административное право
  • Участие в долевом строительстве
  • Семейные споры
  • Гражданское право, ГК РФ
  • Защита прав потребителей
  • Трудовые споры, пенсии
  • Главная
  • Признание договора ипотеки недействительным. Судебная практика

Право собственности на строение влечет за собой право пользования либо право собственности на земельный участок, находящийся под ним и необходимый для его обслуживания. Вывод о том, что договор ипотеки здания должен быть заключен с одновременным заключением договора ипотеки земельного участка, является ошибочным и не основан на законе:

Решениес суда исковые требования истца удовлетворены: договор об ипотеке (залоге недвижимости) здания-магазина для торговли промышленными и продовольственными товарами признан недействительным с применением последствий недействительности сделки. При вынесении решения суд указал, что договор ипотеки 12 части здания является недействительным как не соответствующий требованиям закона, так как при его заключении предметом залога должна быть и 12 часть земельного участка под зданием, принадлежащего истцу на праве общей долевой собственности.

Отменяя решение суда и вынося новое решение об отказе в иске суд кассационной инстанции указал следующее.

Не принято во внимание, что в соответствии с положениями земельного законодательства право собственности на строение влечет за собой право пользования либо право собственности на земельный участок, находящийся под ним и необходимый для его обслуживания. В связи с этим заключения дополнительного договора ипотеки земельного участка при заключении договора ипотеки здания не требовалось. Вывод суда о том, что договор ипотеки здания должен быть заключен с одновременным заключением договора ипотеки земельного участка, является ошибочным и не основан на законе. Данных о том, что указанным договором нарушены законные права истца не имеется. ( Определение Приморского краевого суда от 12 апреля 2011 года по делу № 33-3297)

Тот факт, что в договоре не указано наименование органа, осуществляющего государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним, зарегистрировавшего это право залогодателя, не может повлечь недействительность договора:

Л.В. обратилась в суд с иском к А.А. о признании недействительным (ничтожным) договора займа, заключенного между С.А. и А.А., в части включенного в него соглашения об ипотеке квартиры, и признании отсутствующим обременения (ипотеки) данной квартиры, записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним. Истец указыл, что на основании пунктов 1 и 3 ст. 10 федерального закона «об ипотеке (залоге недвижимости)» , поскольку соглашение об ипотеке, включенное в договор займа, не содержит всех данных, указанных в п. 2 ст. 9 данного Закона, договор займа от 31 июля 2009 года не подлежал государственной регистрации.

В удовлетворении требований отказано. Судом первой инстанции установлено, что в договоре залога, заключенном между А.А. (залогодержателем) и С.А. (залогодателем), залогодержатель предоставляет залогодателю займ сроком возврата до 1 декабря 2009 года. В договор включено условие о залоге квартиры, зарегистрированной на праве собственности за С.А. Указанный договор удостоверен нотариусом, принадлежность С.А. заложенного имущества проверена, договор зарегистрирован в установленном законном порядке Управлением Федеральной регистрационной службы по Рязанской области, о чем имеется соответствующая отметка.

Тот факт, что в договоре не указано наименование органа, осуществляющего государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним, зарегистрировавшего это право залогодателя, не может повлечь недействительность договора.

Из содержания договора следует, что все существенные условия, которые обязательны для данного вида договора, сторонами указаны. Указан предмет ипотеки, его оценка, существо, размер и срок исполнения обязательства, обеспечиваемого залогом. Оснований для отказа в государственной регистрации договора не имелось. ( Кассационное определение Рязанского областного суда от 24 ноября 2010 года по делу № 33-1965)

Доводы истца о ничтожности договора ипотеки ввиду отсутствия залога земельного участка, на котором расположено здание суд счел несостоятельными потому как истцом не представлены доказательства надлежащим образом оформленного права собственности на земельный участок, расположенный под многоквартирным домом:

Истец (физическое лицо) обратился в суд с иском к ответчику (физическому лицу) о применении последствий недействительности ничтожной сделки — договора ипотеки, заключенного между истцом и ответчиком, путем возврата сторон в первоначальное положение и снятии обременения с нежилого помещения. Указал, что согласно ст. 69 ФЗ «об ипотеке (залоге недвижимости)» ипотека здания или сооружения допускается только с одновременной ипотекой по тому же договору земельного участка, на котором находится это здание или сооружение, либо принадлежащего залогодателю права аренды этого участка, однако в данном договоре ипотеки указания на залог земельного участка или прав на него не содержится. Также не указано место заключения договора, в обеспечение которого заключен договор ипотеки.

Отказывая в иске суды обеих инстанций указали, что истцом не представлены доказательства надлежащим образом оформленного права собственности на земельный участок, расположенный под многоквартирным домом. Поэтому довод истца о ничтожности договора ипотеки ввиду отсутствия залога земельного участка суду не доказан. Нельзя согласиться с требованием о несоответствии договора требованиям ст. 9 ФЗ «об ипотеке». Договор имеет описание обязательства, обеспечиваемого ипотекой, и в п.2. договора указано место совершения платежа ( Кассационное определение Верховного Суда Удмуртской Республики от 21 февраля 2011 года по делу № 33-539/2011)

В иске о признании договора залога недвижимости (ипотеки) недействительным отказано , так как предмет залога в договоре определен, дана его оценка, определены существо, размер и срок исполнения кредитного обязательства:

Со ссылкой на несоответствие договора залога требованиям действующего законодательства, Истец обратился в суд с иском к АК Сберегательный банк РФ (ОАО) о признании недействительным (незаключенным) договора №. залога недвижимости (договор ипотеки) в силу ничтожности.

Суд первой инстанции в иске отказал. Оставляя без изменения решение суда, суд второй инстанции указал, что «. в договоре залога недвижимости (договор ипотеки) от . определен предмет залога, дана его оценка, определены существо, размер и срок исполнения кредитного обязательства, как в части суммы основного долга, так и по уплате процентов за пользование кредитом. Следовательно, вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания договора залога недвижимости недействительным, является обоснованным. ( Кассационное определение Вологодского областного суда от 17 сентября 2010 года № 33-3927)

То обстоятельство, что стороны в договоре залога не согласовали порядок начисления и уплаты процентов за пользование кредитом, а также условие об уплате комиссии за открытие кредитной линии, не свидетельствует о незаключенности договора ипотеки в целом, а может означать только ограничение обеспечиваемых залогом требований уплатой сумм по кредитному договору в размере, согласованном сторонами:

Истец обратился в суд с иском к ОАО Банк о признании незаключенным, недействительным договора залога недвижимого имущества, ссылаясь на то, что в нем не согласованы все существенные условия договора об ипотеке.

Отказывая в иске суды указали, что в договоре ипотеки определен предмет залога, дана его оценка, определены существо, размер и срок исполнения кредитного обязательства (указаны лимит кредитования, срок действия кредитной линии, периодичность платежей и их размер,ставка процентов за пользование кредитом, неустойка), то есть все существенные условия, предусмотренные законом для данного вида договоров, в части суммы основного долга и неустойки сторонами согласованы, то суд сделал правильный вывод об отсутствии оснований для признания договор залога незаключенным по мотиву несогласования сторонами его существенных условий.

То обстоятельство, что стороны в договоре залога не согласовали порядок начисления и уплаты процентов за пользование кредитом, а также условие об уплате комиссии за открытие кредитной линии, на что указано в кассационной жалобе, не свидетельствует о незаключенности договора ипотеки в целом, а может означать только ограничение обеспечиваемых залогом требований уплатой сумм по кредитному договору в размере, согласованном сторонами. Поэтому данный довод жалобы основанием для отмены решения суда не является. ( Определение Верховного Суда Республики Коми от 14 апреля 2011 года , по делу № 33-1760/2011)

Предметом договора ипотеки (залога недвижимости) в счет обеспечения обязательств может быть заложено недвижимое имущество, не только приобретенное в рамках целевого займа (кредита), выданного на приобретение или строительство квартиры, но и в счет обеспечения обязательства по договору займа, кредитному договору или иного обязательства. Обязанность по страхованию заложенного имущества (квартиры), обусловлена требованиями действующего законодательства:

Истец обратилась в суд с иском к о признании недействительным договора ипотеки квартиры.

В иске отказано. Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении исковых требований, пришел к обоснованному выводу об отсутствии правовых оснований для признания договора ипотеки квартиры недействительным, поскольку согласно ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» , предметом договора ипотеки (залога недвижимости) в счет обеспечения обязательств может быть заложено недвижимое имущество, не только приобретенное в рамках целевого займа (кредита), выданного на приобретение или строительство квартиры, но и в счет обеспечения обязательства по договору займа, кредитному договору или иного обязательства.

Также Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что условие о страховании заложенного имущества является обязательным условием договора ипотеки квартиры от 07 марта 2007 года, поскольку данная обязанность по страхованию квартиры, обусловлена требованиями действующего законодательства.

Обязанность страхования заемщиком имущественных интересов, связанных с причинением вреда жизни и здоровью заемщиков (страхование от несчастного случая или болезни — личное страхование), законом об ипотеке не установлена. Кроме того, согласно ч. 2 ст. 935 ГК РФ обязанность страховать свою жизнь или здоровье не может быть возложена на гражданина по закону. Следовательно, при заключении договора об ипотеке согласно действующему законодательству РФ у заемщика перед кредитором возникает обязанность застраховать только предмет ипотеки. Вместе с тем, возложение обязанности на заемщика по страхованию жизни и здоровья, не свидетельствует о недействительности договора ипотеки в полном объеме, так как действие договора ипотеки в остальной части не прекращается. ( Кассационное определение Красноярского краевого суда от 06 декабря 2010 года по делу № 33-10381/10)

Анализ договора ипотеки свидетельствует о том, что он по своей правовой природе является смешанным, в котором содержаться элементы договора ипотеки и договора поручительства. Однако, из материалов дела следует, что в договоре ипотеки не указаны условия договора поручительства, в связи с чем договор в данной части является незаключенным, истец отвечает только в пределах стоимости переданного им в ипотеку имущества:

Истец (Ч. — физическое лицо) обратился с иском к ООО о признании недействительным договора ипотеки в части.

Указал, что пунктом 3.3. договора ипотеки установлено, что в случае неисполнения ООО 1 обязательств по договору поставки нефтепродуктов, ООО 2 вправе обратить взыскание на вышеназванный предмет ипотеки. В то же время, пунктом 4.4. договора ипотеки предусмотрено, что в случае, если суммы, вырученной от продажи предмета ипотеки, будет недостаточно для полного удовлетворения требования залогодержателя, последний вправе получить недостающую сумму из другого имущества залогодателя.

Суд в иске отказал, суд кассационной инстанции решение суда оставил без изменения, указав следующее.

Имущественный поручитель — это лицо, которое передает в ипотеку недвижимое имущество для обеспечения исполнения обязательств другого лица — должника.

Таким образом, ипотека является разновидностью залога и отдельным обеспечением обязательства, а потому какое — либо изменение основного обязательства не требует согласия имущественного поручителя — ипотекодателя.

Вместе с тем, анализ договора ипотеки свидетельствует о том, что он по своей правовой природе является смешанным, в котором содержаться элементы договора ипотеки и договора поручительства.

Однако, из материалов дела следует, что в договоре ипотеки не указаны условия договора поручительства.

Имущественный поручитель не является стороной основного договора, обеспеченного ипотекой, он лишь обязуется перед кредиторами отвечать за исполнение должником договорных обязательств в пределах стоимости переданного им в ипотеку имущества.

Предметом указанного договора ипотеки является объект недвижимости — нежилое помещение № V, общей площадью 154, 3 кв.м., и именно на это имущество может быть обращено взыскание по правилам Закона об ипотеке.

Кроме того, договор залога другого имущества, принадлежащего Ч., не заключался. ( Кассационное определение Волгоградского областного суда от 03 февраля 2011 года , по делу № 33-1687/2011)

Решение о признании договора ипотеки незаключенным отменено, дело направлено на новое рассмотрение:

ОАО «Банк» обратилось в суд с иском к ФИО об обращении взыскания на предмет залога — подземную боксовую стоянку. Суд в иске отказал. Отменяя решение суда первой инстанции, направляя дело на новое рассмотрение, областной суд указал, что «. делая вывод о незаключенности договора ипотеки в целом на том основании, что стороны этого договора не согласовали условия о порядке уплаты процентов за пользование кредитом, а также размер и сроки исполнения обязательств по уплате пени за просрочку уплаты процентов за пользование кредитом, повышенных процентов за просрочку возврата основного долга по кредиту, суд не учел, что сторонами были согласованы все существенные условия (размер, срок и существо обязательства), относящиеся к обеспеченному ипотекой обязательству по уплате должником суммы основного долга по кредитному договору, и поэтому договор ипотеки не может считаться незаключенным в целом». ( Определение Воронежского областного суда от 28 сентября 2010 года )

Ничтожный договор залога

ВОПРОС: 1. Надо ли обращаться в суд для признания ничтожного договора недействительным?

2. Как добиться того, чтобы объявленный ничтожным договор был признан действительным?

3. Что будет, если стороны забыли включить в договор некоторые существенные условия?

ОТВЕТ: 1. Нормы, касающиеся недействительности договоров, содержатся и в Гражданском, и в Хозяйственном кодексах, и, наверное, уже по сложившейся в нашем законодательстве традиции они немного не соответствуют друг другу.

Так, Гражданский кодекс, как более прогрессивный документ, говорит о том, что для признания ничтожного договора или отдельного его условия недействительным нет необходимости обращаться в суд (ч. 2 ст. 215 ГК).

Например, стороны заключили договор купли-продажи здания, однако у нотариуса его не удостоверили. Данный договор согласно ст. 220 ГК считается ничтожным. А это значит, что такой договор не порождает никаких прав и обязанностей для сторон.

Хозяйственный кодекс**, наоборот, говорит об обязательном обращении в суд для признания ничтожного договора или отдельных его условий недействительными (ч. 2 ст. 207 ХК).

По нашему мнению, применительно к хозяйственным договорам должны применяться нормы ХК, тем более что в ч. 1 ст. 175 этого документа указывается, что имущественные обязательства, возникающие между участниками хозяйственных отношений, регулируются Гражданским кодексом с учетом особенностей, предусмотренных Хозяйственным кодексом. Следовательно, для хозяйственных договоров ст. 207 ХК является специальной по отношению к общим нормам ст. 215 ГК.

Кроме того, для сторон хозяйственного договора более выгодными являются именно положения Хозяйственного кодекса. Посудите сами — при обнаружении в ходе налоговой проверки договора, для которого не соблюдена обязательная нотариальная форма (договор не удостоверен у нотариуса), налоговому органу необходимо обращаться в суд для признания такого договора недействительным как не соответствующего требованиям закона (ч. 1 ст. 207 ГК). До тех пор пока нет решения суда, такой договор будет считаться действительным. Это значит, что в акте проверки налоговый инспектор не сможет отразить факт неправильного ведения налогового учета или налогообложения имущества (работ, услуг), полученных по такому договору.

Обратите внимание на то, что факт недействительности договора устанавливает суд, а не налоговый орган в акте проверки (ст. 207 ХК).

2. Мы уже говорили о том, что ничтожные договоры в предусмотренных законом случаях могут быть признаны действительными в судебном порядке (ч. 2 ст. 215 ГК). Теперь поясним, как воспользоваться этой нормой на практике.

Итак, контролирующий орган обратился в суд с иском о признании договора недействительным, поскольку он не удостоверен у нотариуса. Стороны договора с этим фактом не согласны, ведь все существенные условия договора ими согласованы и сам договор частично выполнен. Поэтому, воспользовавшись нормой ч. 2 ст. 215 ГК, заинтересованная сторона может обратиться в суд со встречным иском о признании ничтожного договора действительным.

Например, стороны не выполнили условие договора и не удостоверили его у нотариуса. Так вот, если такой договор полностью или частично исполнен, а также в нем отражены все существенные условия, но одна из сторон договора уклоняется от нотариального удостоверения, то судом такой договор может быть признан действительным (ч. 2 ст. 220 ГК).

Более того, после вынесения судом решения о признании договора действительным дальнейшего нотариального удостоверения уже не требуется.

Оспоримые договоры (сделки)

Оспоримые договоры — это те, недействительность которых прямо не установлена законом. А признать тот факт, что такой договор является недействительным, вправе только судебные органы.

Обратиться в суд с исковым заявлением о признании договора недействительным может одна из сторон договора или другое заинтересованное лицо (государственные органы или третьи лица, чьи интересы нарушены этим соглашением).

Для того чтобы судебные органы не стали местом выяснения «личных» отношений между контрагентами, предусмотрены конкретные условия, являющиеся основаниями для подачи иска в суд о признании договора недействительным:

1) содержание договора противоречит Гражданскому кодексу, другим актам гражданского законодательства, а также моральным основам общества (ч. 1 ст. 203 ГК, ст. 207 ХК).

Здесь имеется в виду то, что в договоре должны быть отражены все существенные условия, которые являются для него обязательными по закону. Кроме того, стороны при включении в договор собственных условий (не предусмотренных законодательством) должны соблюдать основные принципы гражданского права;

2) стороны договора не имели необходимого объема гражданской дееспособности (ч. 2 ст. 203 ГК, ст. 207 ХК).

Лица, заключающие договор, должны понимать суть совершаемых ими действий, а это возможно при наличии полной дееспособности.

Под дееспособностью понимается способность лиц своими действиями приобретать для себя права и обязанности, нести ответственность. Применительно к нашей консультации ее можно охарактеризовать как возможность заключать различные договоры.

По общему правилу граждане имеют право заключать договоры начиная с 18 лет, то есть после достижения совершеннолетия (за исключением отдельных видов договоров, которые можно заключать и с 14 лет). В то же время ГК предусмотрены случаи, когда полная дееспособность возникает с более раннего возраста (например, если гражданин достиг 16 лет и зарегистрировался в качестве СПД).

Что касается дееспособности юридических лиц, то заключаемые ими договоры должны осуществляться в рамках закона и соответствовать их учредительным документам (ст. 92 ГК).

Обратите внимание на то, что от имени юридических лиц подписывают и заключают договоры уполномоченные на то представители. Основаниями для такого представительства являются:

— акты юридического лица (учредительные документы, приказы);

— надлежащим образом оформленные доверенности.

На практике нередки ситуации, когда договор подписывается лицом, не имеющим доверенности. Например, по причине того, что у ранее действующей доверенности истек срок, а новую выдать забыли.

В таком случае следует обратиться к ст. 241 ГК, которая определяет, что сделка, совершенная от имени другого лица лицом, которое не имеет на то необходимых полномочий, будет считаться действительной и создающей права и обязанности для представляемого лица при соблюдении такого условия, как последующее одобрение сделки этим лицом (в нашем случае — юридическим лицом).

Доказательством такого одобрения могут быть:

— соответствующие письменные обращения ко второй стороне договора или к ее представителю относительно этого договора (например,, письма, телеграммы и т. п.);

— совершение действий, которые свидетельствуют об одобрении договора: его исполнение, осуществление платежа или поставки, выполнение работ и др. (п. 9.2 Разъяснения ВАСУ от 12.03.99 г. № 02-5/111).

Таким образом, последующее одобрение договора доверителем делает договор действительным с момента его заключения (постановление ВСУ от 13.01.04 г. по делу № 20/178);

3) договор совершен под влиянием ошибки, насилия, обмана, вследствие заблуждения, а также на невыгодных условиях для лица в связи с тяжелыми обстоятельствами (ст. 229 — 233 ГК);

4) договор не направленна реальное наступление правовых последствий (ст. 234 ГК).

Речь идет о фиктивных сделках, которые заключены без намерения создать правовые последствия. Например, последствиями договора купли-продажи является реализация товара продавцом покупателю и смена собственника, а не временное пользование этим товаром и обратный возврат его продавцу;

5) договор, совершенный родителями (опекунами), противоречит правам и интересам их малолетних, несовершеннолетних или нетрудоспособных детей.

Обратите внимание, договор, признанный судом недействительным, является таковым с момента его заключения (ст. 236 ГК, ч. 3 ст. 207 ХК).

3. Для начала напомним, что практически для всех видов договоров законом оговорен перечень существенных условий, то есть тех, которые являются для них обязательными.

По общему правилу договор считается заключенным, если стороны достигли согласия по всем существенным условиям (ст. 638 ГК). Исключения из этого правила установлены:

— для реальных договоров. Такие договоры будут считаться заключенными с момента передачи вещи или выполнения определенных действий (например, договор займа будет считаться заключенным с момента передачи денег);

— договоров, требующих нотариального удостоверения. Моментом заключения договора будет момент удостоверения у нотариуса;

— договоров, требующих государственной регистрации. Датой заключения договоров будет дата их государственной регистрации (ст. 640 ГК).

Как видим, несоблюдение формы договора или недостижение согласия по всем существенным условиям договора является основанием для признания договора незаключенным. Однако ГК и ХК оперируют термином «недействительный». Хотя в ч. 2 ст. 16 ГК указывается, что суд может защитить нарушенное право не только способом, указанным в данной статье (кстати, одним из них является признание договора недействительным), но и иным способом, предусмотренным договором или законом.

Давайте же посмотрим, что в итоге получится, если стороны подписали договор, но не включили в него какие-либо существенные условия? Например, если предприятия заключили между собой договор купли-продажи печатного станка, однако в тексте договора не указали цену станка.

В договорах купли-продажи одним из существенных условий является цена (ст. 180 ХК). Если в тексте договора этого условия нет, то соответственно стороны не достигли по нему согласия, то есть договор, исходя из положений ст. 638 ГК, не считается заключенным. Заметим, что ГК не называет отсутствие существенных условий основанием для признания договора ничтожным. Тем не менее отсутствие существенных условий противоречит требованиям ГК и ХК, значит, такой договор может быть признан недействительным по решению суда (ст. 203, ч. 3 ст. 215 ГК).

В то же время судебная практика по данному вопросу склоняется к следующему: если в дото-воре присутствуют все существенные условия, но некоторые из них противоречат закону, то договор признается недействительным. Если же в ходе судебного рассмотрения выяснится, что отсутствует одно из существенных условий, то производство по делу прекращается согласно п. 1 — 1 ст. 80 ХПК, так как отсутствует предмет спора (п. 17 разъяснения ВХСУ от 12.03.99 г.). Это значит, что в судебном заседании необходимо изменить предмет иска, то есть просить не о признании договора недействительным, а о признании его незаключенным.

Правовые последствия признания
договора недействительным

Общим положением для ничтожных договоров и для договоров, признанных судом недействительными, является то, что такие договоры не порождают правовых последствий, кроме последствий, связанных с их недействительностью (ч. 1 ст. 216 ГК). Например, признание судом недействительным договора купли-продажи жилого дома означает, что последствия, характерные для договоров отчуждения (в частности, переход права собственности на имущество), в данном случае не наступят.

Итак, признание договора недействительным влечет за собой:

1. Двустороннюю реституцию, то есть возвращение сторон в первоначальное положение. Иными словами, стороны должны вернуть друг другу все, что получили по такому договору. Причем если возврат в натуре невозможен (имеется в виду оказание услуг, выполнение работ), то возмещению подлежит стоимость полученного по договору по ценам, действующим на момент возвращения (ч. 1 ст. 216 ГК, ч. 2 ст. 208 ХК).

2. Возмещение убытков и морального вреда второй стороне или третьим лицам лицом, виновным в совершении недействительного договора (ч. 2 ст. 216 ГК). Чаще всего такие последствия имеют договоры, признанные судом недействительными на том основании, что они были заключены под влиянием насилия, обмана.

3. Взыскание в доход государства. Такое неблагоприятное для сторон последствие предусмотрено ХК для одного случая: признания недействительным договора, совершенного с целью, заведомо противоречащей интересам государства и общества (ст. 208 ХК). Причем при наличии умысла у обеих сторон договора все полученное ими будет взыскано в доход государства. Если же умысел был только у одной стороны, то в доход государства взыскивается то, что принадлежит ей по договору.

Обратите внимание: ГК также говорит о договорах, нарушающих публичный порядок, однако в отличие от ХК он такие договоры называет ничтожными, последствиями которых является двусторонняя реституция (ст. 228 ГК).

По нашему мнению, в случае заключения сторонами такого хозяйственного договора к нему все-таки будут применяться нормы Хозяйственного кодекса и взыскание будет производиться именно в доход государства. Здесь советуем помнить, что для принятия решения по спору необходимо, чтобы было установлено, в чем конкретно выявилась заведомо противоречащая интересам государства и общества цель заключения договора и кто из участников договора имел намерение достигнуть этой цели. В противном случае при отсутствии таких доказательств наличие умысла у юридического лица не может считаться установленным (постановление ВХСУ от 18.02.04 г. по делу № Д28/80).

Особенности применения
последствий ничтожных договоров

Если одна из сторон или обе стороны уклоняются от применения последствий недействительности договора, то заинтересованное лицо вправе обратиться в суд с заявлением о применении последствий ничтожного договора (ст. 216 ГК).

Срок исковой давности для обращения в суд с указанным требованием составляет 10 лет, течение срока исковой давности начинается со дня, когда началось исполнение договора (ст. 258, 261 ГК).

Учтите, что инициировать обращение в суд может заинтересованное лицо, как указано в ст. 216 ГК. Это могут быть: одна из сторон договора; третье лицо, интересы которого затрагивает ничтожный договор; или государственные органы, которые выявили факт заключения ничтожной сделки.

Кроме того, последствия недействительности ничтожного договора могут быть применены по инициативе суда (ч. 5 ст. 216 ГК). Такая ситуация возможна, когда:

— истец все-таки обратился в суд с иском о признании ничтожного договора недействительным, при этом не требовал применения последствий недействительности договора;

— в процессе рассмотрения одного дела было выявлено наличие ничтожного договора.

* Гражданский кодекс Украины от 16.01.03 г. № 435-IV, с изменениями.

** Хозяйственный кодекс Украины от 16.01.03 г. № 436-IV.

Татьяна Ноур,
куратор юридического направления
фирмы «Баланс-Клуб»

Материал получен из еженедельника «Баланс»
№ 7 , (15.02.2005), стр.15